От Колымы до острова Корфу

Сегодня в гостях у «Кабардино-Балкарской правды» человек яркой и непростой судьбы. Владислав Беланич родился в Москве. Какое-то время  с родителями жил в трудовой коммуне для иностранцев. В армии участвовал в боевых действиях в Будапеште, а демобилизовавшись, работал в Нальчике, в Тырныаузе и на Колыме.

– Мой отец был хорватом, родился в Далмации, недалеко от города Сплит, – рассказывает Владислав Юрьевич. 
В начале прошлого века Беланич-старший иммигрировал в США и прожил там двадцать один год. Во время Великой депрессии как не имеющий гражданства  был вынужден уехать из Америки и осел в Советском Союзе. В Москве Беланич женился на уроженке Минеральных Вод, и вскоре после рождения сына семья переехала в Сальские степи. 
– Коммуна, в которой работали мои родители, называлась «Сеятель» и была создана специально для иностранцев, – объясняет гость  рубрики. – В тридцатых годах большинство её  членов были репрессированы, но отцу повезло. Он избежал ареста, и  наша семья перебралась на Кавказ. 
После школы Владислав работал на шахте в Тырныаузе, а в армии получил водительские права.  Сегодня Беланич – один из старейших водителей Кабардино-Балкарии. Его шофёрский стаж начался в 1954 году и продолжался вплоть до 90-х. Наш гость двадцать пять лет проработал дальнобойщиком и за всё это время не допустил ни одной аварии. 
В армию Беланича призвали после войны, но, несмотря на мирное время, его служба оказалась рискованной и опасной. Владислав Юрьевич участвовал в Будапештских событиях 1956 года и не раз балансировал на грани жизни и смерти. 
– Я служил в Румынии, в городе, в котором позднее расстреляли Чаушеску, – вспоминает он. – 23 октября в Венгрии началось вооружённое восстание, и нашу дивизию перебросили в Будапешт. В армии я занимался фотографией, и когда объявили тревогу, прибежал в автопарк в одной гимнастёрке, но  с фотоаппаратом. Октябрь выдался холодным, на улице шёл мокрый снег и ветер пробирал до самых костей. 
Несмотря на промозглую осень, в Будапеште было по-настоящему «жарко». На улицах шли бои, и половина полка, в котором служил Беланич, погибла. Та же участь постигла командира подразделения. Полковник Сергей Каханович был убит выстрелом в голову, посмертно  ему было присвоено звание Героя Советского Союза.  
Позднее всем участникам венгерских событий выдали удостоверения ветеранов Великой Отечественной вой-
ны. Есть такой документ и у нашего собеседника. За проявленное мужество Беланича представили к ордену Красной звезды, но по неизвестным причинам награду он так и не получил.  
– По одной из  версий, в Будапеште погибло около семисот советских военно-
служащих. На самом деле жертв было гораздо больше, – уверен Владислав Беланич. – Много лет спустя я случайно оказался на  одном из будапештских кладбищ и своими глазами видел две братские могилы, в которых было захоронено 1200 солдат и офицеров. Впрочем, о масштабах потерь я знал и раньше. Когда уличные бои закончились, меня прикомандировали к штабу дивизии. Мы ездили по местам боевых действий и фотографировали могилы наших соотечественников.
Демобилизовавшись, Беланич вернулся на шахту, но вскоре пересел за баранку автомобиля. В 1959 году он уехал на Колыму и прожил там четыре года. На  севере Владислав работал не только шофёром, но и старателем. Какое-то время он жил в одном посёлке с Вадимом Тумановым – знаменитым золотодобытчиком и близким другом Владимира Высоцкого. Беланичу вообще везло на интересных людей. В 1966 году, например, он познакомился с известными советскими режиссёрами  Владимиром Наумовым и Александром Аловым. 
– Мы вместе ехали в Тырныауз, – вспоминает Владислав Юрьевич. – Режиссёры прилетели из Тбилиси и после застолья чувствовали себя неважно. У меня был трёхлитровый баллон домашнего вина, и я предложил московским гостям поправить здоровье. С этого началась наша многолетняя дружба. Я часто бывал в Москве, и, как правило, мы встречались в ресторане ЦДЛ.  Благодаря этому я  познакомился со многими деятелями советской культуры, включая знаменитого Тарковского. 
В СССР дальнобойщики чувствовали себя неплохо. Бессонные ночи компенсировались приличными заработками, но чёрные полосы бывают  у всех. В том числе и у водителей дальних рейсов. После развода Владислав остался без машины, квартиры и денег, но тут в  дело вмешался его величество случай.
– Это было в начале семидесятых, – вспоминает Беланич. – Я стоял на трассе недалеко от Москвы и встретил хорошего знакомого и коллегу Толю Зенцова. «Поехали, – говорит он мне. – Я хочу купить двадцать четвертую «Волгу»».  Приезжаем мы в Южный порт на авторынок. Толик идёт прицениваться. Потом возвращается и говорит: «Я нашёл тебе машину». «Какая машина? – удивляюсь я. – У меня и денег-то нет». «Деньги не проблема», – отвечает приятель и достаёт необходимую сумму. Таким образом я купил вторую модель «жигулей». Оформив машину, мы оказались в гостях у её  предыдущего владельца, который жил в Серебряном Бору. Узнав, что после развода я остался без квартиры и купил машину в долг, этот человек решил мне помочь. По приезде в Нальчик меня вызвал директор нашего предприятия и спрашивает: «Откуда у тебя такие связи? В Кабардино-Балкарский Совет министров звонили из Москвы и попросили выделить тебе жилплощадь».  Оказалось, что мой столичный знакомый – второй зампред Госплана СССР, и благодаря его звонку я получил отдельную квартиру. 
В то время, когда о заграничных поездках многие не могли даже мечтать, наш гость ежегодно бывал в Европе. Дело в том, что его отец вернулся на родину  и жил недалеко от Белграда.  
– Иногда я добирался  туда поездом, иногда на собственной машине. Но самым интересным путешествием был, конечно, круиз на теплоходе. Я побывал в Варне, Стамбуле, Венеции, на островах Крит и Корфу, и это было незабываемо, – вспоминает Владислав Беланич.  

Эдуард БИТИРОВ
Поделиться:

Свежие номера газет КБП


17.08.2019
15.08.2019
14.08.2019
10.08.2019