Учитель, коллега, старший брат. К 80-летию со дня рождения профессора Зейтуна Хамидовича Толгурова

Любой непредвзятый разговор о профессоре Зейтуне Хамидовиче Толгурове, о его творчестве и научной деятельности насыщен определениями превосходного качества. И это истина. Его проза, будучи в высшей степени сложной, по сути,  в образной системе и философской направленности  воспринимается как тонкое, ясное и эмоциональное повествование, действующее на сознание читателя вне зависимости от уровня его образованности и культурных запросов. 
З. Толгуров одинаково популярен у национальной интеллигенции и рядовых читателей. Его произведения находят живой отклик в сердцах жителей не только самых дальних балкарских и карачаевских сёл, но и русскоязычных читателей региона, – в этом утверждении нет ни капли преувеличения.
Как учёный Зейтун Хамидович явился тем человеком, который сумел поднять национальное литературоведение до уровня лучших образцов научного анализа литературного контекста. Видимо, ему было даровано свыше умение понимать и анализировать текст. Уже первая его научная монография  «Формирование социалистического реализма в балкарской поэзии» получила высокую оценку специалистов. Даже не говоря о неоспоримом качестве его исследований, можно упомянуть их невероятный объём – на сегодняшний день это, скорее всего, большая часть всей карачаево-балкарской науки о художественной словесности. И, благодаря огромному вкладу в культуру своего народа и культуру всего Северного Кавказа, Зейтун Толгуров был публичной личностью, весьма популярной и известной. 
Зейтун Хамидович обладал исключительной харизмой – люди тянулись к нему. Близкие не случайно называли его бачама – «вождь». Он был человеком не только  широкообразованным, который мог давать советы по всем вопросам, касающимся литературы, национальной поэзии и прозы. И в то же время это был человек открытого и доброго нрава.  Я это тонко чувствовал. Это был человек коммуникабельный, к нему тянулись все, кто интересовался литературным процессом, обращались за решением житейских проблем. Многоопытный Зейтун Хамидович в то же время знал себе цену, хотя был чрезвычайно  скромной личностью и где-то даже закрытым человеком. Масштаб его как писателя и учёного был огромным и сослужил немалую службу, касающуюся истории национальной литературы. В исследованиях была глубина и точность научных построений, а в его произведениях ощущалась необычайная мощь художественного почерка. Мало кто из окружающих его людей знал, что Зейтун Хамидович свободно владел немецким языком, читал Гёте и Шиллера в оригинале. А получилось так, что ещё подростком жизнь свела его с репрессированным, как и балкарцы, педагогом-немцем, сыгравшим, кстати, немалую роль в судьбе будущего писателя и учёного. Мало кто знаком и с таким хобби Толгурова, как кулинария. Он почти профессионально мог готовить мясные блюда. Ещё он увлекался короткоклинковым оружием – ножами.  Как говорил сам Толгуров, он ощущал нож как продолжение своей руки. В дни его молодости несколько тренеров считали его весьма перспективным в лёгкой атлетике. Впрочем, великолепную физическую форму он сохранил до последних дней. И пробежать несколько километров в довольно высоком темпе для семидесятилетнего профессора проблемой не являлось. Но это, конечно же, частности и придают личности Зейтуна Хамидовича особое обаяние, однако лишь штрихово определявшее суть его натуры. 
Он был круглым сиротой и оказался в депортации вместе с земляками в пятилетнем возрасте.  В первые годы к маленькому спецпереселенцу окружающие относились настороженно. Он очень рано сформировал собственную систему моральных ценностей и никогда не изменял им. Практически безразличный к материальной стороне бытия, Зейтун Толгуров закономерно пренебрегал условностями статусного плана. Для него не было авторитетов. Единственный  авторитет – правда. Он не знал и не хотел знать, что значит «положено» или «не положено», руководствуясь категориями «правильно» и «не правильно», восходившими, в его личном понимании, к глубинным пластам национальной ментальности. Как честный художник слова он правдиво отражал идеологические, социальные и экономические проблемы ещё в первых своих произведениях. Об этом не пишут его биографы, но лишь своевременное вмешательство Кайсына Кулиева и Адама Шогенцукова остановило «карающую руку» ряда знатоков литературы от официоза после публикации повестей «Эрирей» и «Белая шаль» в первой половине 70-х годов прошлого века.
Свободный от влияния тех условностей, которые, к сожалению, довлеют над многими из нас, Зейтун Хамидович закономерно оказался поразительно чуток к процессам, проистекавшим в обществе. Возвращаясь к его прозе, замечу, что он, по сути, оказался одним из первых советских писателей, усомнившихся в жизнеспособности социалистической системы. Это в повести «Эрирей», а «Белая шаль», по большому счёту, – приговор тем формам социализма, в которые выродилась система государственного управления и планирования к середине семидесятых. За полвека до наших дней Зейтун Толгуров заговорил о неизбежности экономических катаклизмов, об утрате национальной идентичности, о приоритете морально-этического, о пресловутых традиционных ценностях.
Его роман «Белое платье» ещё ждёт слова исследователей. Не вдаваясь в целостную картину поставленных автором проблем, обратимся к одной из них, наиболее выпуклой и фантастически авангардной. Но тёмная великанша Желмауз, живущая в нартском селе, управляющая им скрыто, по молчаливому согласию жителей, поедающая детей, – разве это не символичная  интерпретация того времени у Толгурова? Он заставляет вновь и вновь задумываться над драматизмом, а то и трагическими коллизиями, в которые попадает современный человек, человечество в своём стремлении к выживанию и продолжению жизни на планете. В этом отношении Зейтун Толгуров оказался более акцентированным и  готовым к вызовам и рискам времени. Роман «Белое платье» более эпически значим, хотя для читателя его название, возможно, показалось лёгким чтивом, которым можно было заполнить минуты досуга.
Безусловно, Зейтун Толгуров, художник слова и мыслитель, воззрения которого в определённой степени предвосхитили сегодняшнее состояние бытия, был счастливым обладателем таланта высокой пробы. С этим знаком качества он вошёл в историю национальной прозы. С таким высоким знаком качества имя Зейтуна Толгурова как литературоведа, исследователя балкарской национальной литературы стоит на правом её фланге, указывая последующим молодым его собратьям по перу верное направление творческого поиска.  
В нём счастливо сошлись талант художника и талант мыслителя. Таким я запомнил моего учителя, коллегу и старшего брата Зейтуна Хамидовича Толгурова, который в эти дни отмечал бы 80-летие. К сожалению, судьба распорядилась иначе. И нам сегодня остаётся лишь поздравить самих себя с замечательным явлением истории нашей литературы и национальной прозы, имя которому Зейтун Хамидович Толгуров. 

Махти Улаков, заместитель председателя КБНЦ РАН по научной работе, доктор филологических наук, профессор,заслуженный деятель науки КЧР и КБР
Поделиться:

Свежие номера газет КБП


05.12.2019
03.12.2019
30.11.2019
29.11.2019